***

gender.jpg

статистические данные, безусловно, имеют под собой основания, а стереотипы редко берутся на пустом месте. это всё — очень полезные штуки, если тебе нужно написать новый закон или просчитать целевую аудиторию будущей книги.

но в конкретной ситуации, при встрече с отдельно взятым человеком они не помогают никак. скорее даже мешают.

поверьте, людей, всецело соответствующих статистическим ожиданиям, куда меньше, чем сраных ебанашек и как блядь так вообще можно.

гоациник

у птицы гоацина — нетривиальный способ пищеварения. то, что другие делают в желудке, они творят в собственном зобу — из-за чего тот разрастается, и его солидные объёмы вытесняют киль и летательные мышцы. неудивительно, что гоацины предпочитают виртуальное общение — это всё-таки проще, чем куда-то там переться.

помните, что ваш оппонент в виртуальном споре всегда может оказаться простым гоацином.

(выше — история в нескольких картинках, их можно листать стрелочками. а можно, конечно, не листать, удовлетворившись загадкой первого кадра)

манифест патриотизма

bosch.jpg

я восхищаюсь карнавальностью нашей культуры.

мужчины в красивых шапках стегают плёткой женщин в некрасивых. мужчина с солидной лысинкой шутит про доту, и люди с убедительным кругозором тут же прощают ему шутки про радиоактивный пепел. мужчина с тремя высшими глушит горькую. женщина с тремя детьми глушит ядовитые волны, которые соседи транслируют ей из США. мы переходим с зимнего времени на летнее. мы переходим с летнего времени на зимнее. мы отменяем зимнее время, летнее время, мы отменяем время вообще.

пока пиндосы выводят по складам «тех-но-ло-ги-чес-ка-я син-гу-ляр-ность», мы находим сингулярность без технологий, сингулярность духовности и абсурда, сингулярность высокую и истинную, сингулярность отказа от причин и следствий. любой кретин может стремиться к успеху и сытой старости. а я не хочу стареть. только в стране, покинувшей время, возможно бессмертие.

ноги — атавизм.

dada — dadaism.

я — огромный жёлтый гриб.

смерть неизбежна.

за НТП, а не НЛП

если ты работаешь на низкооплачиваемой неквалифицированной работе, то тебе приходится въёбывать сутками за копейки и не выдыхать без критической нужды. если ты богат, пост твой высок, а одна минута времени стоит тысячи, на тебе висит такая ответственность, что умрёшь ты седым в сорок. ну или зарубишь кого-нибудь топором и разложишь по холодильным полочкам от стресса. если же ты средний класс, то тебе открыта впечатляющая возможность въёбывать сутками, чтобы умереть в сорок седым от стресса.

нету хорошего волшебного пути, на котором можно просто расслабиться. нету и всё. с каждого берега мечтают о другом.

единственное же спасение — в научно-техническом прогрессе. только он — постепенно, помаленьку — улучшает жизни. причём, что занятно, всех. всё равно одним придётся пахать, а другим седеть, но — с каждым годом чуть меньше.

пойду помолюсь за развитие НТП в отечестве и мире.

ntp.png

падаль

Вот, допустим, Евстигней ковыряется в носу и совершенно скотским образом отказывается прикрыться платочком. Когда же приличные люди делают Евстигнею замечание, он пожимает плечами и начинает молоть, что ентова природа его такова, а ежели захочет, то он даже и на площадях тоже ковырять может, и в присутственном заведении!

Другу Евстигнея Аполлону ковыряние в носу видеть противно. Он разрывает с Евстигнеем всяческие связи, прилюдно обзывает его сукой и падалью и грозится ему за присутственное заведение надавать по мордасам. Даже специально так форточку газетой залепливает, чтобы оттуда Евстигнеевы окна не видно было, и друзей своих просит с ним тоже не общаться.

У Аполлона — трое румяных детей, а жена ему такую селёдочку делает под шубой, пальчики оближешь, и умирает он счастливым стариком, полным собственного достоинства и даже некоторой гордости за то, что по лжи не жил и кому не надо руки не подавал, и все его очень уважают и любят.

Другу Аполлона Евгению Ильичу тоже Евстигнеевы забавы не по душе, хотя самого Евстигнея он толком не видел, разве что на семейных праздниках. Поэтому он Евстигнея специально находит и бьёт ему морду на остановке маршрутного такси номер 602 и потом ещё раз, хотя это не тот Евстигней оказался, а просто тёзка. В подпитии, а иногда и трезвым тоже Евгений Ильич говорит, что нужно не просто в троллейбусе таких стыдить, а специально к ним домой приходить и смотреть — куда-то они на людях свои грабли поганые потянут, а? А если потянут, то ввести такой специальный закон, чтобы за это били на площади плетьми и ещё специально плювали, потому что так им и надо. И ещё другой закон, чтобы ноздри таким зашивать, потому что дышать и ртом можно, а этот ирод нос не по-пионерски использует. Это у нас ещё гуманно, а на Востоке за такое вообще пальцы отрубают.

Закон, чтобы нос зашивали, не принимают, потому как казённые нитки мышами погрызены, а плетьми Евстигнея всё-таки бьют, хотя не очень больно, но зато четыре раза. Но это потому что он дурачок и продолжает в носу ковырять, а ведь говорили по-хорошему.

Евгений же Ильич умирает в тридцать восемь от желчной колики и ещё потому что жалованье их бригаде сократили, и грустит он перед смертью, что нет в мире справедливости.

Я думаю, мы с вами умные люди и друг друга поняли.

25

25 (2015)

дарю эту картинку всем своим несчастным погодкам, разменявшим или разменивающим нынче четверть века, как и я.

нам пора уже потихоньку приучать себя к мысли, что тридцать — это ещё молодость, а в сорок пять баба ягодка опять. что никто больше не будет нести за нас ответственность и что у мира нет больше оснований для снисходительности к нам. что телу дальше будет только хуже, так что придётся заключать с ним какие-то пакты. что «молодость душой» — это не только книжный штамп, но и единственный способ сохранить рассудок.

пора, короче, делать всё то, что совсем недавно казалось признаками явной и безоговорочной старости.

с чем нас и поздравляю.

пепел

просто иногда я смотрю на тебя — и знаю, что смерти нет.
а потом смотрю телевизор и вспоминаю, что есть, конечно есть.

(выше — история в нескольких картинках, их можно листать стрелочками. а можно, конечно, не листать, удовлетворившись загадкой первого кадра)

Голосуй за Трисмегиста!

голосуй за трисмегиста! (2015)

тихо в лесу
только не спят туристы
эти туристы чтут трисмегиста
вот и не спят туристы

Такое уж у меня политическое кредо.

Ссылка, которая позволит людям с нехваткой эрудиции не опростоволоситься, а сделать вид, что они с самого начала всё знали: Гермес Трисмегист.

ветряные аниты саркисян

Знаете, геймергейт как явление всё-таки чрезвычайно меня печалит.

Не нужно даже далеко ходить, чтобы объяснить почему. Вот здесь, после вводной фразы, вполне естественно написать подводку для несведущих: мол, геймергейт — это то-то и сё-то, мнения о нём есть такие и сякие, а я сама думаю вот как. Но написать не выйдет.

Потому что геймергейт — это процесс бесконечного срача о том, что такое геймергейт.

Симулякр явления, а не явление. Самодостаточный и самообеспечивающийся цикл взаимных нападок всех на всех.

Если коротко обрисовывать ситуацию, то дело было вот как. Есть игровая индустрия, в ней — как и во всякой иной — имеются свои проблемы и драмы. Одни говорят, что всё началось с подозрения (если не ошибаюсь, всецело опровергнутого) в том, что какой-то журналист пишет положительные рецензии за то, что разработчица с ним трахается. Другие говорят, что всё началось с чего-то совсем другого. В любом случае, разработчицу начали травить, кто-то из журналистской братии за неё вступился — и адово перегнул палку, обвинив геймеров в том, что они вообще все мудаки, а у нас тут феминизм, и не за то ли вы травите девушку, что она девушка? Геймеры оскорбились и стали наезжать уже на журналистов, у тех повылазили профессиональные феминистки с не менее профессиональным комплексом жертвы, из геймеров — в роли прокачанных юнитов — повылазили злостные тролли, готовые прибегнуть к довольно грязным методам, и начался эпичный батл, который (и это самое впечатляющее) не утихает уже добрых полгода.

В красном углу у нас игровой истеблишмент, ратующий за скучные и полезные ценности свободы, равенства, братства, уважения к женщинам и меньшинствам. В синем — массовая аудитория, ратующая за задорные и не менее полезные ценности открытости, искренности и верности здравому смыслу, а не конъюнктуре. В обоих углах — преимущественно люди, во всём, кроме частностей, друг с другом согласные и способные вести продуктивный диалог.

А потом рефери взмахивает клетчатой тряпкой с хэштегом «геймергейт», и начинается:

(more…)

“но тут приходят они”

придумала сюжет для социальной рекламы.

на экране: менеджер среднего звена в полосатом галстуке устало пьёт стакан водки.
мрачный голос диктора: там, где не справляются даже самые трудолюбивые работники.

на экране: по монитору ползут столбики непонятных чисел. фокус меняется — мы видим отражение в этом самом мониторе лохматого молодого человека, рыдающего в ладони.
мрачный голос диктора: там, где даже боты устают от монотонности труда.

на экране: толстый противный дядька в пиджаке вырывает из дрожащих рук менеджера пачку денег. тысячная бумажка падает на пол, но никто её не поднимает.
мрачный голос диктора: там, где кончается финансирование.

на экране: кадры из хроник различных катастроф (цунами; грузовик эффектно въезжает в бетонную стену; ноги повешенного; пожар; рыдающие дети).
мрачный голос диктора: там, где разум бессилен — появляются они.
титр: (на весь экран, белым по чёрному, болдом и каким-нибудь сверхпафосным шрифтом):

(more…)

не факт, что дневное, но точно злобо-

по приколу пепси-колу
заливали девке в вены
да с ментоловым уколом
выводили на арену.

гарцевала девка ловко,
заводила всех в округе:
при известной постановке
девки сладки и упруги.

люди в зале наблюдали —
зенки в зубы, смех на лицах;
дали б за ходьбу медаль ей —
больно хороша девица!

и осанка, и сноровка,
и гарцует как танцует,
и костюмчик выбран ловко…
всё при ней и всё к лицу ей!

что же делать с ней, красивой,
в блёстках глянца и гламура?

…в общем, привезли в Россию
и назвали поп-культурой.