Хрусталёв, шпикачку!

вот я сижу, повиливаю хвостом.

пьянство всегда приходит вместе с авралом. мне наливают водки в плошку под стол, а я бы ногу выебал генералу. он говорит: просрали, свели к нулю, надо этим процессам противодействовать! я с ним согласен и даже слегка скулю, думая о буженине белогвардейской.

он заявляет: всюду нынче контра; кто не контра, тот сука, циничное рыло, плюнуть противно, им ведь в охотку и в радость кашу искать пожирнее в общем корыте. тише? сейчас тебе, стерва, будет потише, я, блядь, в науке быть тихим целый профессор, лучше заткнись, никто нас тут не услышит. надо, надо плотнее заняться процессами.

«снова нажрался».

дальше, как мародёр, он раскурочит сейф и металл достанет. (это значит — мне скоро перепадёт! так, говорят, придумал какой-то «старый».)

он за рулём, я рядом. по улицам стылым ночью пускают ездить совсем без правил! разве русский не любит быстрой езды? я и борзой, и русский, и мне по нраву. он говорит, что просто бы погонять (я не гончая, как по мне — это бредни).

он тормозит рядом с кем-то, глядит на меня: первая остановка, она же последняя.

кто-то бежит и падает. видно, устал. я не могу сдержаться, луплю хвостом.

мой генерал убирает в кожу металл.

кровь — это вкусно.

испытываю восторг.

of birds and serious business

 

of birds and serious business

хотя, если вдуматься, то использовать пчёл как нравственное мерило — идея всецело ебанутая

— рядовой трутень №356492, что вы там читаете?
— я? читаю? э-э-э, ну… драму про взросление… становление…
— покажите-ка обложечку.
— обложечку? да я из интернета распечатал…
— я вижу там жирным шрифтом название.

пауза.

— вы знаете, офицер, представление, будто бы произведение исчерпывается тем, что заявляют автор и маркетологи, всегда казалось мне нелепым. в конце концов, каждый способен почерпнуть из него то, что вовсе никуда не закладывалось, что удивило бы даже, может, и самого писателя…
— название, рядовой трутень №356492.

пауза, вздох.

— «гарри поттер».

пауза.

— рядовой трутень №356492.
— послушайте, товарищ офицер, я…
— рядовой.
— там в современных декорациях раскрываются вечные темы! предательство, цена самоуверенности…
— рядовой! каков наш девиз?

вздох.

— «всё фигня, кроме нас».
— так точно, рядовой трутень №356492. что это значит?
— товарищ офицер, но популярность же ещё не повод записывать книгу…
— фигня, рядовой трутень №356492! это фиг-ня!! вам показывали списки литературы, рядовой трутень №356492? вы их учили?
— да.
— для кого, скажите на милость, их составляют?
— я не…
— для кого? для кого?! отвечать! для кого том за томом ныл Сартр? для кого всю жизнь не трахался Кант? для кого, скажите мне, Барт автора убил?! для рядового, который вместо этого будет читать фигню?!

пауза, глубокий вдох. офицер поправляет галстук:

— ладно, рядовой трутень. нет, нет, умолкните, меня не интересуют ваши оправдания. вы сами знаете, что из этого следует.
— товарищ офицер, умоляю!..
— да-да. вы теперь следующий в очереди на сношение.
— товарищ офицер, нет! прошу вас, нет, только не сношение! я ведь только самую малость… я… я ещё так молод!

пауза. с усмешкой:

— ничего. молодость — пора любви. так ведь в вашей фигне пишут?

тишина. в тишине слышно, как начинает всхлипывать рядовой.

 

пёсьи гениталии

Как-то раз я прочитала, что при виде животного женщины смотрят на морду, а мужчины — на гениталии. Вообще я с большим подозрением отношусь к подобного рода гендерным исследованиям, но в случае со мной и светом души моей тезис как-то подозрительно регулярно подтверждался. Пришлось подарить на Новый год пособие, которое избавило бы нас обоих от навязанной природой необходимости.

Хотя вообще в душу надо смотреть, в душу.

Царёк

когда в метро вам не уступает задремавший студентишка, не сердитесь на него. когда друг, вместо того чтобы насладиться пейзажами поездки, фотографиями из которой вы третий час пытаетесь его вдохновить, предпочитает изучать изнанку век, будьте с ним ласковы.

может, они просто пытаются сокрыть огнь Господень, что выжигает им глаза.

ну или они Циклоп.

(выше — история в нескольких картинках, их можно листать стрелочками. а можно, конечно, не листать, удовлетворившись загадкой первого кадра)

в интересах эволюции

(выше — история в нескольких картинках, их можно листать стрелочками. а можно, конечно, не листать, удовлетворившись загадкой первого кадра)

2001: A Space Odyssey: Иглобрюх Edition

(выше — история в нескольких картинках, их можно листать стрелочками. а можно, конечно, не листать, удовлетворившись загадкой первого кадра)

Выпь

(выше — история в нескольких картинках, их можно листать стрелочками. а можно, конечно, не листать, удовлетворившись загадкой первого кадра)

Дама с зоопарком

Да Винчи лоханулся и не забабахал франшизу там, где она явно напрашивалась. в рамках актуального ныне тренда перезапусков классики (а также потому, что наши с Да Винчи дни рождения совпадают) я решила помочь старичку.

хламидомонада

привет, человек. я — хламидомонада,
я обитаю в терпких морях Монако.
в ломких кромках водорослей, однако,
я никогда не бывала — и, видно, не надо.
мир мой мокрый, хмурый, серый и мелкий;
впрочем, в округе бродят крамольные слухи,
что где-то там наверху прозрачно и сухо.

мне небо сыплет на голову побелку.

мне небо белое, небо не голубое —
а, говорят, в далёких витках нирваны,
живут моря без небес под названьем «ванны»,
живут моря без границ и с живым прибоем…
я знаю: серый мир никому не нужен,
мой милый мир с осыпавшейся побелкой.

вчера узнала, почему мне так мелко:
оказывается, я обитаю в луже.

колыбельная

люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени…

утконосики, и выдрочки,
и эвглены, и каланчики,
мохноногие вомбатики
и смешные сурикатики,
зоо-педо-дрозофилы и
полосатые удодики,
капибары с кукабаррами,
юные стегоцефальчики,
необученные тупики,
козодои, кашалотики,
гуппи, крабики и лобстеры,
и морские огуречики,
и стада, стада креветочек
и ещё раз сурикатики —

все сойдутся ночью тёмною,
чтоб пожрать меня.
коварные!

весна-5: зверьё

что чувствуют в марте коты,
какие потоки эмоций?
какая звериная песнь
теснится в звериной груди?

наполнился мявом пустырь:
неймётся, неймётся, неймётся!
а сердце по древней тропе
врывается в мартовский тир,

и сердцу никак не остыть,
и сердце вот-вот разорвётся:
«я в детстве болезни терпел,
но в целом-то тигр я,
тигр!»

сказ о том, что всё хорошо

по степи усталый конь шёл. коня нагрузили овсом и ещё сеном, конь имел претензии ко вселенной. а потом — небо — бам! — и коня вхлам. не стучи копытами, прыткий, не жалуйся, а заткнись, пожалуйста, не ропщи на своего, мол, благодетеля, посуди, у тебя же и дети есть! а конь молчит, головой качает, небо — со злости: «ты это кончай тут! ишь выискался, агностик несчастный, да я щас те! дождёшься причастья! да у меня чертей на побегушках тыща!» — и эдак мелодично свищет. а конь стоит — день, два напролёт (конь стоит — служба идёт!…) — чертей не видать, у них дело иное — кто в казино, кто просто в запое. небо озлобилось, пламенем — фырк! — планета Земля лишилась птицы дрофы. небо чует: творится неладное, но сдаваться теперь-то — накладно как! речёт: эй, битюг, милость мою на тебе: донесёшь овёс — сделаю сенатором. конь в ответ — с оттяжкой, с издёвкой: «боян древний. аж обсуждать неловко». небо дождём кислотным пролилось — Римская Империя развалилась. конь тут же: «ну что за глагольные рифмы!» я в ответ: «ты у меня поговори, хмырь! я тут автор, сейчас мы тебя в мучениях…» потом вспоминаю: эй, стоп, зачем бы мне? тут морали пора быть на тему интима с Богом!

конь мгновенно: «боян же. такого написано много!»

в общем, пара слов — и конь стал кучкою атомов.
а мораль проста: нечего спорить с Автором!